За те 16 лет, что я провел в заключении, я ни на один день не прекращал вести борьбу за то, чтобы справедливость наконец восторжествовала, чтобы доказать, что все эти годы я не переставал быть полноценным членом общества. Я использовал все возможные средства. Я был одним из первых пожизненных заключенных, кто выступил с инициативой оспаривания указа президента РА Р.Кочаряна от 1 августа 2003 г., которым смертная казнь была заменена на пожизненное заключение.  

Недавно, после продлившегося несколько месяцев судебного процесса, суд первой инстанции, испугавшись, отклонил представленную моим адвокатом законную просьбу признать факт нарушения президентом Кочаряном Конституции и ряда законов.  

Это также первый случай, когда спустя 16 лет благодаря появлению новых обстоятельств создалась возможность начать новое расследование уголовного дела приговоренного сперва к смертной казни, а затем к пожизненому заключению. То, на чем на протяжении всех этих лет настаивали в своих сведениях моя семья и различные адвокаты, сегодня стало доказуемым.

Речь идет о “правосудии” 1996 г., когда на основании четырежды измененных показаний другого обвинения по данному делу, в отсутствие обоснованных и неопровержимых доказательств, в результате грубых нарушений следственных действий меня, 20-летнего студента, приговорили к расстрелу.

Это действительно переломный поворотный момент, и именно от отправляющих правосудие зависит, пойдем ли мы назад, к вседозволенности 1990-х годов, или действительно откорректируем нашу судебно-правовую “биографию”, показав тем самым миру и в первую очередь нашему обществу, что человек, его достоинство и основные права и свободы являются в Армении высшими ценностями не только в соответствии с Конституцией РА, но и на деле. 

Возобновление расследование уголовного дела через 16 лет в свете появившихся новых обстоятельств действительно является индикатором, который покажет, существует ли ВОЛЯ к тому, чтобы сделать реформы в судебно-правовой сфере более ощутимыми.

Сегодня в Кассационном суде решается моя судьба. И я испытываю те же ощущения, что и 16 лет назад, когда в течение трех месяцев меня со странной поспешностью приговорили к расстрелу. Поэтому в этот крайне тяжелый момент я считаю, что пришло время для экстремальных шагов. Для меня, заключенного 24 часа в сутки в стенах круглого могильника “Нубарашен”, экстремальные шаги тоже ограничены. И поскольку голодовку я считаю давно утратившей ценность в Армении формой протеста, а потому сам редко прибегаю к ней, то заявляю, что с 11 июня отказываюсь и от воды, и от хлеба. Я как сын врачей и сам имеющий неполное медицинское образование знаю, что в этом случае организм человека сможет выдержать всего 10 дней.

Прошу не считать мое заявление попыткой давления на суд. Просто все пути достижения справедливости исчерпываются. Появившиеся новые обстоятельства – последняя надежда доказать, что 16 лет назад я был приговорен к смертной казни исключительно на основе показаний одного человека.

Не лишайте человека НАДЕЖДЫ... 

С уважением из круглого могильника “Нубарашен”
Мгер Енокян 

P.S. Это письмо я уже направил президенту РА Сержу Саргсяну, Католикосу Всех Армян Гарегину Второму, министру юстиции Грайру Товмасяну, генпрокурору Агвану Овсепяну, председателю Кассационного суда Арману Мкртумяну.